Публикации
Полезные советы
Энциклопедии
Школа мастерства
Каталог сайтов
Женский портал

Цезарь

Малахит 2000





Юмор
Развлечения
Затейник
Сценарии от Зайцева

Privilege

Чибис




Главная
Фото & Видео
Сауны
Карта сайта
Свадебный марафон
Информационно-познавательный портал
Услуги
Магазины
Афиша
Выставка
Артисты

Имидж и красота
Ля Деа
С легким паром!
Меценат
Массаж и релакс
Массажисты Урала
Будь здоров!
Гарант

Публикации / Приключения / Человек в экстремальной ситуации /
Гавайи: заложники вулкана Пу-у О-о
Автор: Александр ВОЛОДЕВ

Источник: журнал Колумб № 7 (2005)

Размещение на сайте – июль 2005 г.



Известный американский кинорежиссер Майкл Бенсон, прославившийся фильмом «Терминал», в 1992 году вознамерился удивить мир очередной, во всех отношениях необычной лентой, герои которой попадают в жерло действующего вулкана, но благодаря мужеству, выдержке и находчивости почти без потерь выбираются из огнедышащего ада.

Конечно, любую из экстремальных ситуаций сценария можно было отснять в комфортных и безопасных условиях павильона. Но Бенсон, поначалу думающий поступить именно так, резко поменял планы.

- Будем снимать в реальных условиях, чего бы нам это ни стоило, - сказал он, а когда послышались робкие возражения о неоправданном риске, вспылил, ответив, что имитация природной катастрофы так и останется жалкой подделкой и никогда не сможет передать, например, то, свидетелем чего стал племянник историка Плиния Младшего - древнеримский историк Плиний Старший, во время извержения Везувия, погубившего город Помпеи и его жителей.

- Наша задача, - продолжил кинорежиссер, - посмотреть на проснувшийся вулкан глазами Плиния и испытанное им перенести на пленку. Как это выглядело, как это, надеюсь, будет выглядеть у нас, следует из записей самого историка, к сожалению, так и не сумевшего спастись и погребенного под пеплом. Почтим его подвиг! Глядя в глаза смерти, он не паниковал, а составлял детальную картину трагедии. Впрочем, послушайте и убедитесь...

- Мы увидели, - писал Плиний, - как море втягивается в себя: земля, сотрясаясь, как бы отталкивает его прочь. Берег выдвинулся вперед. Множество морских животных остались лежать на песке. В огромной черной грозовой туче вспыхивали и разбегались грозовые зигзаги. Туча раскололась длинными полосами пламени, похожими на молнии небывалой величины. Сверху обрушился пепел. Оглянувшись, я увидел, как сзади крадется, разливается небывалый мрак. Потом наступила темнота. Кричали мужчины, рыдали женщины, бессильные помочь друг другу и детям. Они теряли близких. Были обречены. Они теперь не сомневались, что богов нет, если миру уготована последняя вечная ночь... Пришел огонь. Замер. Посыпался частым тяжелым дождем пепел. Мы все время вставали и стряхивали его, иначе нас раздавило бы под его тяжестью. Когда блеснуло солнце, желтое и тусклое, мы увидели, что пепел взял свое. Пепел - это смерть!..

- Выходит, нам уготована та же участь? - не без иронии спросил кинооператор Стив Косовски. Бенсон, сделав вид, что не расслышал реплику, пояснил, что на Гавайских островах проснулся вулкан Пу-у О-о, весьма слабый, пока что выдавливающий лишь лаву. Съемки предполагается вести с вертолета, иногда делая посадки на внутренние и внешние стенки конуса кратера, что абсолютно безопасно. Использование светофильтров, теле- и широкоугольных объективов, пиротехнических средств обеспечит будущим зрителям эффект присутствия в центре ужасного, в то же время неописуемо прекрасного природного чуда...

Когда Бенсон твердым, слегка вкрадчивым, как у опытного психотерапевта, голосом увещевал своих коллег, он не мог знать того, что спустя несколько дней группа его окажется на волосок от гибели, в кромешном аду, мало отличимом от ада Везувия времен Плиния, что спасутся кинооператоры и актеры благодаря мастерству пилотов особой конструкции вертолета, прибывшего на выручку, что «одиссея» в ядовитом кратере вулкана Пу-у О-о будет занесена в Книгу рекордов Гиннесса, что главный противник натурных съемок Стив Косовски окажется сначала отрезанным раскаленной лавой от своих товарищей, но ему повезет так крупно, что он на собственные средства построит в Америке Божий храм, совершенно необычный - из цветного стекла и металлопластика, светящийся по ночам, как волшебный разноцветный фонарь.

Впрочем, все по порядку...

Над Пу-у О-о, как настоял Бенсон, летали не только днем, но иногда и по ночам, когда бурлящая лава сползала, малиновая с черными и золотыми пузырчатыми вкраплениями, по склонам вулкана. Зрелище было настолько фантастическим, что операторам иной раз казалось, что крупные созвездия неба перетекают в огненную феерию извержения. Пепел вулкан выбрасывал вяло. Зато искры - белые, крупные, как швейные иглы, иногда били по вертолету, не причиняя вреда. И, очевидно, то, что все шло как по маслу, усыпило бдительность пилотов, пошедших на поводу у Косовски и согласившихся чуть ли не коснуться лавы шасси. В результате двигатель в разряженном, перенасыщенном испарениями серы воздухе захлебнулся, встал. Чудом удалось посадить машину на островок, обтекаемый огненными потоками... Никто не запаниковал. Позже, вернувшись в США, Бенсон признался:

- Отснятый материал великолепен. Но грешно храбриться, если от высокой температуры в кратере чудом не взорвался керосин в топливных баках вертолета. Мы, ступив на горячую как противень землю, от пепла, который осыпал нас, получили ожоги открытых участков тела. Самое ужасное - ядовитые испарения, наполнившие легкие, стремительно отнимали силы. Пилоты радировали о нашем отчаянном положении. Нас услышали. Спасибо пожарным и вертолетчикам Национального парка Гавайев. Мы уже теряли сознание, когда нас втаскивали на борт. Куда-то подевался Косовски. Днем его искали в кратере, на склонах. Посчитали погибшим. Он спасся. Да еще как!

Косовски спасатели обнаружили по прошествии суток в забитом грязью овражке в полутора километрах от вулкана. Он был без сознания. Неделю пребывал в коме. Когда очнулся, еще неделю не мог вымолвить ни слова. Наконец заговорил. И рассказом своим поверг в изумление. Верилось с трудом. Но есть ли повод для сомнений, коли человек утверждал, что помнит все, вплоть до момента, как, барахтаясь, пытался безуспешно выбраться из «сероводородной ванны» оврага. Будучи немногословным, кинооператор и на сей раз оказался верен себе. Вот как, с его слов, развивались события:

- Выбравшись из вертолета, мы встали спина к спине, чтобы, так сказать, панорамно отслеживать обстановку. Я смотрел на запад. До лавы было около десяти метров. Отчего-то у меня возникло навязчивое желание - это при том, что задыхался - приблизиться к ней, посмотреть. Так и оторвался от группы. Постоял на берегу огненного ручья. Стало совсем худо. Во рту горечь. Глаза запорошило. Перестал видеть. Услышал хлюпанье, шипение. Что-то липкое, кипящее хлестануло по ногам. Сообразил, что это грязевый фонтан. Он меня сбил с ног, как показалось, перебросил через лаву. Началось ужасное. Поток грязи покатил меня плашмя, как катят бревно. Я чувствовал, что обрастаю мягким, даже приятным панцирем. Так и катился, изловчаясь освобождать рот для дыхания. Когда вращение прекратилось, шестым чувством понял, что тащило меня через промоину в склоне кратера, где запросто мог застрять и встретить вечность... Обрушился ливень - горячий, сплошной. Он смыл с меня грязь. Теперь я мог ползти. Куда - непонятно, лишь бы подальше от проклятого вулкана. Куда там! Меня накрыл и потащил мощный грязекаменный поток. Молотило и било так, что сняло кожу. Я в который раз попрощался с жизнью. Пришли могильная тишина и боль, словно тысячи осколков стекла впились в меня...

Шок, пережитый съемочной группой в кратере вулкана Пу-у О-о, оказался настолько сильным, что кинооператоры отказались участвовать в монтаже фильма. Лишь Косовски, испытавший несравненно больше других, пересилил себя. Вместе с Бенсоном провел добрую сотню часов в монтажной. После чего заявил: «Это восхитительно, стоит даже того, чтобы жизнь отдать. Для меня лично спасение оплачено не риском, а чудесами природы». Остальные члены киногруппы явно не разделяли восторгов коллеги. Они благодарили судьбу за спасение, недобрыми словами поминая вулкан Пу-у О-о, едва не ставший их общей могилой.

В заключение необходимо сказать, что ученые-вулканологи все без исключения «больны» вулканами. Ведь большая часть их жизни протекает на кромке лавы, которую они называют лезвием. Бельгийский вулканолог с мировым именем Гарун Тазиев в книге «Кратеры в огне» так объясняет свою непроходящую потребность пребывания впритирку к смертельной опасности: «Все мысли захвачены пылающим колодцем, откуда слышится непрерывный рокот, резкие трескучие удары и громовые раскаты. Я отскочил назад - столб извержения пролетел мимо лица. Это пролетела смерть. Но без ее близости я не представляю полноценной жизни».

Может, это некий род «безумия»? Но оно оправдано тем, что, как считает Тазиев, лава это вечный огонь Вселенной, зарождающийся на Земле.
Публикации / Приключения / Человек в экстремальной ситуации /
Конан
Фламинго-Тур
Golfstreem
Брайтон

2005-2007 ©
2005-2007 ©
Досуг в Екатеринбурге: Рейтинг сайтов

Реклама: